В следующем году в Иерусалиме: почему уход «Сохнут» из России усилит эмиграцию евреев

Министерство полагает, что «Сохнут» нарушил российское законодательство. В чем состоит это нарушение, еврейское агентство, помогавшее с 1989 года в репатриации советских и российских евреев в Израиль, может и не узнать. Как не узнали и представительства 15 иностранных организаций — от Фонда Аденауэра до Московского центра Карнеги, — когда тот же Минюст индустриальным образом ликвидировал их в апреле 2022-го.

Политический разворот

Происходящее — еще одна линия зачистки всех возможных углов еще теплящегося организованного гражданского общества в России. Два первых трека звучат более громко — признание людей и организаций иноагентами и административные и уголовные дела против дискредитирующих армию или распространяющих о ней фейки. Впрочем, у иноагентов с иностранными организациями есть нечто общее: в принципе, это возрождение преследований «безродных космополитов», которое стартовало в январе 1949 года со статьи в газете «Правда» «Об одной антипатриотической группе театральных критиков». 

С ликвидацией «Сохнута» — а сомнений в том, что Басманный суд согласится с Минюстом, мало — с удвоенной энергией продолжается борьба с современными «космополитами» и, можно сказать, «сионистами». Это очень плохой признак. И вот почему.

Владимира Путина трудно обвинить в антисемитизме или в фобиях, связанных с Израилем. Был период, когда израильский премьер «Биби» Нетаньяху не вылезал из России, а его преемник Нафтали Беннетт пытался взять на себя, правда, безуспешно, миротворческую миссию в украинском конфликте. Российский президент даже принес израильтянам извинения за неловкое высказывание министра иностранных дел Сергея Лаврова о том, что у Гитлера были еврейские корни. Израиль не присоединился к коллективным антироссийским санкциям.

После начала «спецоперации»* на Украине волна эмиграции евреев из России стала расти, хотя в этом нет ничего удивительного — она лишь фрагмент во впечатляющем эмиграционном цунами. Уже не еврейская жена стала «не роскошью, а средством передвижения». Для многих семей эту роль взяла на себя еврейская бабушка. Опять же, ничего экстраординарного во всех этих процессах не было. Но никогда такого не было, и вот опять… Возможно, до «отказников» советских времен дело не дойдет, но законным становится сакраментально-анекдотический вопрос по поводу атмосферы вокруг «спецоперации»: а что это значит для евреев? Ответ пришел из Минюста: ничего хорошего.

Если уж российский политический режим в лице своего уполномоченного органа посылает более чем враждебный месседж организации, ответственной за репатриацию, это означает форсированное движение к конфликтным отношениям с Израилем. Что входит в диссонанс с предыдущей политической линией. Возможно, этот явно недружественный шаг — выражение недовольства помощью «Сохнута» украинским евреям. Так это или нет, но поворот России на Восток оборачивается поворотом на Ближний Восток. Репатриация всегда была важна для Израиля, собственно, государство на этом и стоит. И такой шаг Минюста может быть оценен израильской стороной не просто негативно, но крайне негативно.

Прозрачный намек

Впрочем, если в России, судя по последним событиям, полностью провалилась такая отрасль научного анализа, как исследования Украины, то почему бы и израильским исследованиям не потерпеть фиаско. К тому же, когда российские органы власти принимают какое-либо решение, едва ли они советуются со сколько-нибудь независимыми от них специалистами.

В данном случае недружественное решение выглядит еще и не слишком логично. Вроде бы интерес российских властей состоит в том, чтобы все недовольные и несогласные уехали из России, а в стране остались одни лоялисты. «Сохнут» этот процесс ускорял. И тогда тем более непонятно, в чем, собственно, претензии. Правовую сторону можно оставить без внимания: нет никаких сомнений в том, что «Сохнут», работая в стране три десятилетия, прекрасно разбирался в российских законах. Но сегодняшнее российское правоприменение не знает юридических же границ — закон толкуется исключительно в пользу государства, в пользу запретов и преследований по шатким основаниям.

Рассорившись со всем передовым миром, осталось разругаться только с Израилем. Что на выходе? Новые запреты на выезд? «Дело самолетчиков» 1970 года, когда группа советских евреев пыталась угнать самолет, а в ходе процесса подсудимая Сильва Залмансон воскликнула: «В следующем году в Иерусалиме!»? И это звучало как антисоветский лозунг. От преследования иногентов-«космополитов» один шаг до клеймения «сионистов» — в конце 1940-х страна это проходила. Уж не придется ли Израилю повторят опыт операции «Ковер-самолет», когда в 1949-1950 годах израильские ВВС спасали йеменских евреев, или операции «Шломо» 1991 года по спасению эфиопских евреев? Такое предположение выглядит абсурдно, однако не живем ли мы сейчас в таком мире, где вообще все возможно.

Нет, не от хорошей жизни в последние месяцы работы в России «Сохнут» был перегружен — поехали в Израиль и те, кто в иных обстоятельствах не стали бы уезжать. В 1967 году, после Шестидневной войны, которую «израильская военщина» выиграла, СССР разорвал дипломатические отношения с Израилем. Но именно тогда советские евреи осознали себя не обреченной на бесконечные унижения группой, а частью нации, способной демонстрировать силу и сплоченность, и это послужило стимулом к репатриации. В результате к началу XXI века в Израиле проживал примерно миллион бывших советских граждан. 

Получается, что ликвидация «Сохнута» — сигнал российским евреям: вот теперь точно нужно уезжать. Это вопрос не к еврейскому агентству, а к российским властям, которые не слишком озабочены сохранением человеческого капитала. 

Как писал Игорь Губерман:

«Не могу эту жизнь продолжать,

а порвать с ней — мучительно сложно;

тяжелее всего уезжать

нам оттуда, где жить невозможно».

Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора

* Согласно требованию Роскомнадзора, при подготовке материалов о специальной операции на востоке Украины все российские СМИ обязаны пользоваться информацией только из официальных источников РФ. Мы не можем публиковать материалы, в которых проводимая операция называется «нападением», «вторжением» либо «объявлением войны», если это не прямая цитата (статья 57 ФЗ о СМИ). В случае нарушения требования со СМИ может быть взыскан штраф в размере 5 млн рублей, также может последовать блокировка издания.

spot_img
Последние записи